Запорошит первым снегом
На душе моей печаль, а с печалью
Все -те думы, все -те мысли, о былом
О плохом да и не очень, что прибилось, приросло.
Поостынте все невзгоды, суета беги- ка прочь
И в душе как в чистом поле станет,- всё белым, бело
Может ангел то, явился, если ангел?- отзовись
Он расскажет о Владыке Творца Неба и Земли,
Что Творец снежинки каждой, есть Творец громады льда,
Повинуются Владыке, от амёбы до сверчка
Вот к твоей душе Стучится, может в гости позовёшь?
Приходи Владыка мира, и Обитель в нас Создай,
Ты моей души Создатель, в ней частичка есть,- Твоя
Ты Яви,- Свои Снежинки,- Белизну Создай, Свою
Сердце,- станешь благодарным, Богу песнь воспевай
И Явилась в душе, Радость
Есть и Милость,
Есть и Боль.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
